Таро Лабиринта и Игры. 21

Таро Лабиринта и Игры, продолжение. 21 Новая Вселенная:

«Битва с тенью была закончена, невинные спасены, а герой обрёл самого себя. Его суть стала ему ясна, и она была освобождена. Теперь настало время возвращаться к выходу. И человек, познавший нечто очень важное, возвращается в новый мир. А его герой встречает свою Справедливую Судьбу и продолжает путь.

 

Для всех нас центр лабиринта — это тупик. Дойдя до него, мы начинаем путь назад, по своим следам. Но мы уже не те, кто перешагнули шесть кругов назад порог лабиринта. Мы возвращаемся иными, а потому ждущий нас мир также стал иным. (Так лирический герой «Туркестанского экспресса» садится в начале пути в поезд от Москвы, а после испытаний и победы над смертью, оказывается в поезде на Москву и въезжает уже в иной город — «новый» и «живой». Это метафора всё того же пути в лабиринте.)

И этот новый мир встречает нас на Двадцать первом Аркане…»

Переход через Хелькараксэ — 15

Цикл статей о невиртуальности, телесности и наблюдателях.
Глава «Разум. Невиртуальность», §1, окончание:

«…Новая история длится вечно, на самом деле. Может, нам стоит перестать давать имена историческим периодам, и тогда мы уже никогда не будет спотыкаться о разлагающиеся трупы отживших концепций.

Нет, будем конечно, мы же всегда это делали. И каждый раз, пробравшись с таким трудом через руины, мы отмечали тогда — и только тогда, что мир поменялся, и придумывали новое название для ещё одного ушедшего исторического периода.

Наблюдай мы внимательнее за настоящим, а не прошлым или будущим, легче бы проходили эти руины, а не совершали бы каждый раз переход через льды Хелькараксэ. Но так уж сложилось, что последние многие-многие века нашими умами поочерёдно правили две тенденции — преклонение перед прошлым и преклонение перед будущим. Сейчас мы снова стали замечать настоящее, и это будет ещё одной переменой в Новой истории — последнем историческом периоде разделённого человечества. Поздневековье пройдёт, и мы начнём новый отсчёт…»

(читать дальше)

Таро Лабиринта и Игры. 20

Таро Лабиринта и Игры, продолжение. 20 Страшный Суд:

«Когда тень обретёт объём, а путник увидит центр лабиринта — его тупик, тогда придёт время для последней битвы. Оказавшись в тупике, путник обернётся, но встретит тень, которая шла за ним всю дорогу. У этой тени будет его лицо. Без победы над ней возвращение невозможно.

 

Главная слабость сильного — в его силе: следует ли он за своей силой («я делаю это, потому что могу»), либо подчиняет силу себе и следует иными, сложными путями. Стать рабом силы удивительно просто. Высвеченная Солнцем тень, тень победителя, тень дошедшего поднимается против него самого, как равный против равного. На весах Справедливой Судьбы решено будет, кто сильнее, путник или его тень…»

Переход через Хелькараксэ — 14

Цикл статей о невиртуальности, телесности и наблюдателях.
Глава «Разум. Невиртуальность», §1, продолжение:

«…Революция зрения, давшая толчок прогрессу, приведшая к тому варианту дикого мира будущего, который мы имеем сейчас, — к нашему настоящему, должна потухнуть. Как и любое пламя, разгоревшись ярко, она пожрала саму себя и обанкротилась исторически. Ресурс визуальности исчерпан, и отныне пространство наполняется не только светом, но и тенями; ориентироваться в этом сумраке нужно, опираясь на иные органы чувств, доверяя больше телу, чем разуму. Одновременно это означает возвращение единства, утерянного не так давно — в исторической перспективе, когда затеянный много сот миллионов лет назад симбиоз отдельных клеток ради создания единого организма вновь обретает свой истинный смысл. Здесь становится важен голос каждого.

Услышать эти миллионы голосов — значит услышать самого себя, впервые столкнуться с собой, не как с «другим», но как с «я». Это возвращение истины…

[…]

…Можно разбиваться смартфоны детей об стену, можно приветствовать новое время, можно пытаться коммерциализировать новый уровень связности общества, можно демонстративно избегать социальных сетей и хвастаться этим; можно ненавидеть новую эпоху, можно мечтать о ней, можно использовать её или оставаться равнодушной, нельзя сделать только одну вещь: отменить её наступление. Ведь если вы её заметили, значит, она уже здесь, а вы, как обычно, всё пропустили…»

(читать дальше)

Таро Лабиринта и Игры. 19

Таро Лабиринта и Игры, продолжение. 19 Солнце:

«Вот круг Луны и поворот к следующему пройдён, и притяжение увлекло путника на следующий круг — круг света и тепла; это последний круг лабиринта, он заканчивается в центре, и здесь из-за стены уже виден «райский сад», сад истины.

 

Луна заканчивает свой путь, и начинается рассвет. Путнику уже не нужна подмога и указующие знаки, он сам мчится к свету, не разбирая дороги. Он не видит ничего, кроме света. У него будто вырастают крылья, под ним, откуда не возьмись, появляется быстрый конь [«возвращение колесницы» частично]; путник чувствует себя победителем. Стена, на которую ему суждено натолкнуться, ещё незрима. Пока он не знает, что грядёт последнее испытание, последний поворот — и тупик…»

Переход через Хелькараксэ — 13

Цикл статей о невиртуальности, телесности и наблюдателях.
Глава «Разум. Невиртуальность», §1, начало:

«…Невиртуальность стала принципиально возможна в тот момент, когда мы научились создавать общее психическое пространство, а значит ещё в доисторические времена, когда собираясь вокруг костра, тотема, знака, мы воспроизводили образ или миф, взывали к стихиям, духам животных, богам. В любой момент времени, когда группа людей начинала одновременно во что-то играть, т.е. начинала свою игру воображения, рождалась невиртуальность. Так, мало-помалу тренируя «мышцу воображения», люди учились создавать отдельную, новую реальность и жить в ней вместе.

Невиртуальность в одно лицо невозможна. Если вы не заразили вашей игрой кого-то, то это даже не считается за попытку. Тренируйтесь ещё.

C тех пор много воды утекло, но мы продолжаем играть в эту игру и влипаем в неё всё плотнее и надёжнее: с круга подле огня мы перешли к культурному пространству. В нём люди разделяют одни и те же мемы, паттерны, архетипы — одни и те же правила игры…

[…]

…Нас никогда не учили думать об истории именно так, но тем не менее именно слово «забота» составляет её большую часть.

Именно это слово — ключ к тому будущему, которое мы себе выбрали.

Не знаю, почему мы учим себя, что неспособны договориться, что жестоки по своей природе, что ссоры, драки и войны неизбежны в нашей истории.

Нас окружает мир общих вещей, единых знаменателей, к которым мы, совершенно разные, пришли даже не в ходе долгих дискуссий, а сами собой, потому что наша способность к общению уникальна. Мы воспринимаем культуру общего, мы рождаемся в ней и транслируем её постоянно, мы обучаемся ей каждую секунду в течение всей жизни…»

(читать дальше)

Таро Лабиринта и Игры. 18

Таро Лабиринта и Игры, продолжение. 18 Луна:

«Пройдя круг Звезды, путник делает следующий поворот и после той темноты, в которой был раньше, оказывается пронзённым новым светом. Хотя это всего лишь свет Луны, нового Маяка, он оказывается поначалу столь ярок, что путник открывает в себе то, что до той поры лежало очень глубоко, так глубоко, что солнечный свет не достигал его. Но природа лунного света иная, вкрадчивая, гибкая, мягкая; этот отражённый солнечный свет приобрёл новые свойства. И он влечёт к себе ещё сильнее, чем луч Звезды. Таково притяжение Луны, управляющей всей водой на нашей планете…»

Переход через Хелькараксэ — 12

Цикл статей о невиртуальности, телесности и наблюдателях.
Глава «Мемы и архетипы», §3:

«…Я говорю не о телепатии или пирокинезе, но о том, что наши способности в обращении с информацией возросли многократно; мы поглощаем, обрабатываем и выдаём за год столько информации, сколько нашим предкам не доставалось за всю жизнь. Да, это приводит к стрессу и некоторым другим последствиям, но далеко не у всех: кто-то приспособился раньше, кому-то это только предстоит, кто-то уже проиграла эволюционную гонку. Мы действительно способны работать с общим информационным полем, с невиртуальностью; нырять в неё, доставать то, что нам нужно, и возвращаться целыми и невредимыми. Мы можем общаться с ней, как с живым существом. Мы можем войти внутрь себя, а выйти в сознании другого человека — сидящего рядом или умершего тысячи лет назад. Мы возвращаемся к принципу Единственной жизни. Именно это я называю невиртуальностью, и она — реальна.

В первую очередь, как и раньше, она реальна в наших внутренних переживаниях, но теперь мы можем сознательно использовать групповую динамику, чтобы создать предпосылки для возникновения таких переживаний, чтобы исследовать их и принцип их разделения между другими членами группы. Чтобы, в конечном итоге, создать коллективное поле невиртуальности на оговорённый промежуток времени и с определёнными целями…»

(читать дальше)

Таро Лабиринта и Игры. 17

Таро Лабиринта и Игры, продолжение. 17 Звезда:

«Лишь путник минует круг Башни, лишь повернёт на следующий круг, он получит новый знак, надежду — призрачную и оттого безумную. Свет центра лабиринта проникает сюда — тонкими лучами, отблесками. И тогда становится ясно, что свет, видимый ранее, до круга Башни, был ещё светом мира за границами лабиринта, и тьма Башни разделяет эти два «вида» света. Отблески иного, пронизавшие темноту, сделали её звёздной ночью.

 

Пожар ночи, темнота круга Башни заканчивается, когда поворот выводит путника к следующему кругу. Тот, кто доходит до этого места, видит брезжащий неверный свет, лучики, отблески, ещё неузнаваемые, не дающие представления о том, что является их источником. Но это — огни надежды…»

Переход через Хелькараксэ — 11

Цикл статей о невиртуальности, телесности и наблюдателях.
Глава «Мемы и архетипы», §2, окончание:

«…Взять, например, идею всемирного заговора, которая воспроизводится на протяжении веков на разные лады. Все теории заговора являются лишь вариацией на тему самой древней и устойчивой идеи (именно поэтому сторонник теории заговора достигает вершины просветления лишь в тот момент, когда понимает, что существует только один заговор и рептилоиды и аннуаки — это одно и то же). Она, в свою очередь, входит в более древний мемокомплекс божественного вмешательства, утверждающий, что боги управляют человеческими судьбами, а люди — лишь марионетки в руках богов. Мемокомплекс божественного вмешательства, видимо, восходит к понятию судьбы как таковой. В судьбу и предназначение, которое невозможно изменить никакими силами люди должны были верить ещё во времена племенного уклада жизни. А идея невозможности изменить свою судьбу в высшем смысле слова стала наследницей важного правила тогдашнего общественного устройства: каждый должен выполнять свои обязанности, и при этом племени виднее, кто на что годится. Человек не мог оспаривать волю племени под угрозой изгнания или смерти. Подчинение всех общественному благу было жизненно необходимо для выживания племени. Идея мутировала и разветвлялась десятки тысяч лет, и сейчас мы имеем дело не только с первичной идей, но с огромным количеством её вариаций, причём имеем дело одновременно, не подозревая, что подсознательно, должно быть, всегда понимаем, что все эти вариации связаны друг с другом…»

(читать дальше)

Таро Лабиринта и Игры. 16

Таро Лабиринта и Игры, продолжение. 16 Башня:

«Пройдя Дьявола, путник устремляется дальше. Ему кажется, что выход уже близко; путь идёт наверх, но неожиданно путник будто оказывается в зазеркалье, и верх превращается в низ; как и раньше, он падает вниз головой, и мир он снова видит иным. С перевёрнутой Башни он видит весь мир таким безумным, каков он и есть. В зазеркалье путь вперёд — это путь назад, к рождению. Мир вращается в обратную сторону, и новый поворот уводит от цели так далеко, как никогда.

 

И вот, казалось бы, пройдя самого злого врага [победив Минотавра, как он считает], путник должен выйти к цели пути. Но именно сейчас он оказывается так далеко от неё, как не был и в начале. И битва с врагом ещё впереди, а та, что была, — лишь малая победа над малой частью [зла]. Башня, которую строили устремлённой к небу, в тот миг, когда небо было уже близко, вдруг стала вести вниз, под землю. То, что казалось путём к небесам, привело во тьму…»

Переход через Хелькараксэ — 10

Цикл статей о невиртуальности, телесности и наблюдателях.
Глава «Мемы и архетипы», §2, продолжение:

«…Историю цивилизации при желании можно представить как борьбу мемов. Вообще говоря, историю цивилизации можно представлять как угодно, именно поэтому существует столько теорий того, как, почему, за счёт каких сил и в какую сторону меняются человеческие сообщества. Все эти теории сходятся, по большому счёту, только в том, что в какой-то момент количество переходит в новое качество, но количество чего и в какое качество — на это все дают разные ответы. И, конечно же, все теории и правильны, и неправильны, одновременно: каждая описывает лишь часть сложной системы, которую мы создаём, просто существуя, проживая свои жизни, но ни одна не описывает систему целиком. И как только теория начинает претендовать на всеохватность и единственно правильное объяснение, она становится ложной. Тем не менее и по сию пору находятся люди, погружённые в поиски «схемы, которая всё объясняет», хуже того: находятся люди, уверенные, что они нашли такую схему…»

(читать дальше)

Таро Лабиринта и Игры. 15

Таро Лабиринта и Игры, продолжение. 15 Дьявол самообмана:

«Смерть раскрывает глаза, Алхимическая пропорция гармонии и умеренности спасает от бессилия. На этой дороге, однако, есть ещё одна сила, способная закрыть путь. Сила самообмана, иллюзий, бессмысленного удовольствия. Дьявол всегда ждёт своего часа.

 

Дьявол везде и нигде; он может появиться где и когда угодно, пребывая в рассеянном состоянии — частица его прячется в каждом человеке. Он концентрируется там, где слишком много слабости. Поэтому его так трудно обнаружить и невозможно переиграть, с ним можно лишь не вступать в соглашение. Дьявол — это псевдоним человечества, используемый для неприглядных дел.

Дьявол — владыка иллюзий, мастер обмана, хозяин удовольствий и искушений. Он не имеет иной власти, что люди дают ему. Он слаб, он жалок, и он отвержен. Но он умеет делать вид, что дела обстоят прямо противоположным образом…»

Расклад «Раскрой свою историю»

Перевод. Оригинал опубликован здесь.

Расклад, рассказывающий ваш сюжет. Может быть использован для понимания жизненной истории в целом или отдельных её аспектов / актов. Автор пишет: «Я использовала его для просмотра своего карьерного пути и получила кристально чистый результат, так что была просто обязана поделиться им со всеми вами».

Значения:

1. Тема. Основная тема или общая мораль этого сюжета.

2. Ваша перспектива. Ваша интерпретация истории / сценария.

3. Общая картина. Более точное представление об истории / сценарии.

4. Ваша роль. Персонаж, которого вы играете; кто вы в этой истории / сценарии.

5. Сюжетный поворот. Будущие возможности, приближение которых вы пока можете не замечать.

Переход через Хелькараксэ — 9

Цикл статей о невиртуальности, телесности и наблюдателях.
Глава «Мемы и архетипы», §2, продолжение:

«…То, чем раньше были архетипы, служило нашим предкам способом восприятия мира, позволяло регулировать и выстраивать общественные отношения, определять реакцию человека на события и являлось основой для неписаных правил, охватывающих весь возможный — и не очень разнообразный в те времена — опыт социальной и эмоциональной жизни человека. Точно так же, например, правила отношений и реакций определяются мемами религиозных мемокомплексов, мемами деловой этики или мемами круговой поруки преступной группировки. Просто в то время разнообразия групп и сообществ не существовало, было только то, что мы теперь называем родоплеменным строем, и для его поддержания людям был необходим всего один, зато всеохватывающий мемокомплекс…

…Я могу представлять его примерно так: «Теперь я снова стою на его пороге, рассматривая сумеречный, аквамариновый зал. И стены, и потолок, и пол здесь живого темно-зелёного и одновременно прозрачного цвета, наполненного бликами. И всё пространство пронизано их движением. Изредка в зелени скользят смутные тени, мало напоминающие что-либо знакомое. Окон не видно, но я знаю откуда-то, что они есть и что за ними глубокая звёздная тьма.
Движение бликов и теней завораживает меня, и я шагаю в зал, выхожу в самый его центр. И здесь меня поднимает в воздух некая сила, и, будто повиснув на невидимых нитях, я тихо покачиваюсь, испытывая удивительное блаженство от тишины этого места, тишины во всём, тишины вообще. «Море» как будто объединяет всё, что существовало когда-либо на Земле или ещё родится на ней.»
Представлять море как бесконечную бирюзовую толщу вод, пронизанную лучами света, где нет ничего, кроме тишины и покоя — до времени, когда не придётся её снова покинуть. Но это лишь мои образы, отражающие мои личные отношения с архетипом «море-смерть», они не являются и не могут быть универсальными, хотя, разумеется, существует ненулевое число людей, чьи представления будут сходны с моими…»

(читать дальше)