Тело. Движение и воображение. §1. Часть 1

И теперь обратно к разговору о целостности человека, о неразделимости тела и разума и невозможности провести между ними чёткую границу.

В принципе, концепция разделённости цельного человеческого существа на какие-то составные части — тело, разум, душа, дух, личность и т.д., свойственная в первую очередь западной культуре. Идея этого разделения, сформулированная древнегреческими философами, позже закономерно перекочевала в христианство, для которого отделение телесных проявлений — грязных и греховных по умолчанию, от духовных было принципиальным. Пренебрежение телесным, свойственное средневековой культуре, на самом деле не было преодолено в исторический период, который мы называем Возрождением. Деятели того периода хотя и считали себя певцами телесной красоты, вовсе не стремились к постижению целостности человека. Они, напротив, по-прежнему разделяли концепцию «расчленения» единого существа на некие части.

Более того, их стремление к телесности — закономерный ответ на века пренебрежения физическим, лишь в очередной раз подчёркивало это разделение.

Позже люди отодвинули душу на второй план и занялись тайнами разума, всё больше привыкая считать тело механизмом. Это привело, в том числе, к созданию высокоэффективной медицины, но мало приблизило людей к возвращению к целостности восприятия.

Всё это не было бы столь печально, если бы не один факт: невозможно быть счастливым, если отрицаешь существование части себя или не понимаешь или не принимаешь эту часть. Невозможно быть счастливым, будучи только долей человека. Счастье — понятие цельное.

Любопытно, что, например, в восточной культуре такое разделение — а точнее отделение тела от души / разума и тем более их противопоставления друг другу, далеко не столь яркое. Например, в китайской традиции тело живого человека воспринимается как нечто включённое в процессы внешнего мира, часть универсума, а за исполнение физиологических процессов в теле отвечает одна из душ. Мы могли бы называть это энергией. Тело и существующие в нём души неразрывно связаны друг с другом всё время существования человека, и за болезни тела в первую очередь ответственны болезненные процессы, происходящие в душах.

Отсутствие противопоставления тела и души не спасло, конечно, носителей восточных культур от печальной участи разделённости, да и добавило других проблем, например, замедление развития. Диалектическое развитие предполагает возникновение противоречия и его преодоление, и в этом смысле нам повезло больше: нам есть, что преодолеть, а значит, есть куда двигаться.

Если ты болен, то лучше тебе станет, когда поймёшь причину и сможешь что-то с ней сделать. До тех пор, пока причина неизвестна, остаётся лишь лечить симптомы. Восточная культура полна симптомами, но никто не знает, где их источник.

Конец двадцатого века дал нам возможность понять причины хотя бы части наших болезней. Ответом на это стали две совершенно противоположные тенденции: одна из них — концепция бесконечного насилия над собой, безмерного, всеподавляющего контроля и отрицание мудрости тела. Часто это называют «здоровым образом жизни», но здорового в нём не больше, чем в алкоголизме. Зависимость — это всегда проявление внутренних проблем, принимает ли она форму беспробудного пьянства или беспробудного фитнеса. Всё это — попытка уйти от необходимости смотреть внутренней бездне в глаза. От страха признать, что контроль над неопределённостью жизни невозможен. Страх этот стал ещё больше с тех пор, как мы узнали, насколько великая Вселенная и как ничтожны наши маленькие жизни по сравнению с вещами вроде Великого Аттрактора. Мы ничего не контролируем и ни на что не способны повлиять по-настоящему. Но мы всё ещё можем заниматься саморазрушением, находя в этом иллюзию защиты от хаоса.

Тому, кто принял хаос, жить проще.

Вторая тенденция — слияние с телом, погружение в ощущения и их осознание, то, что в английском языке называется «embodied mind», а на русский переводится приблизительно как «воплощённое сознание». Правильно понять это словосочетание можно, лишь воспринимая первое слово в его буквальном значении.

Эта концепция и подобные ей телесно-ориентированные концепции и практики зиждутся на одном и том же научном фундаменте. Нескольких связанных между собой разделов психологии, социологии, социопсихологии и физиологии, а также философии.

В конце концов, такие концепции сводятся к тому, что тело — это не часть человека, а сам человек. Фактически, это единственное, что у человека есть, что позволяет ему взаимодействовать с миром и познавать его, что носит сознание и создаёт возможность возникновения и функционирования разума. И все эти названия частей человека — условны, мы можем выделять их и оперировать ими, если это необходимо для пояснения каких-то вещей, идей или феноменов, но мы всегда помним, что это лишь условное выделение. Что на самом деле человек неделим (да и фактически с трудом выделим из остального мира) и что мы всегда говорим об одной, функционирующей лишь целиком и неразрывной системе. Как и всякая система, она всегда больше суммы элементов, которые мы можем выделить.

Сложные отношения с телом (то есть с важнейшей частью себя) у человека всегда были обусловлены объективными обстоятельствами. Собственное тело до конца непознаваемо, оно всегда остаётся в чём-то чёрным ящиком, и происходящие в нём процессы всегда имеют элемент неконтролируемости. Отсутствие контроля особенно тяжело переживается современными людьми, попавшими в мир постоянных изменений, мир, переполненный информацией, мир, в котором стабильность просто невозможна. Всё это вызывает естественное желание контролировать хоть что-то, хоть над чем-то удержать власть.

Тело кажется наиболее удобным и простым объектом приложения контролирующего импульса, но оно, напротив, крайне плохо поддаётся контролю. Чем больше человек унижает, отрицает и сдавливает его, тем сильнее оно даёт сдачи.

Контроль в этой сфере невозможен и небезопасен. Единственным способом получить надёжный фундамент остаётся полное доверие. Доверие к телу — это доверие к себе, и ему тяжелее всего научиться.

Совершенно очевидным кажется, что любые проявления души или разума возможны только через тело и именно тело является проводником человеческого Я, именно оно связывает нас с внешним миром, и это становится проблемой, когда мы задаём себе вопрос, где же начинается внешний мир. Или так — где заканчивается наше тело? В какой момент заканчиваемся мы сами и начинается другой или Вселенная? Пролегает ли граница строго по контурам физического тела или мы можем расширять себя достаточно далеко за счёт переноса фокуса внимания? У тех, кто когда-либо занимался телесно-ориентированным практиками, есть свой ответ на этот вопрос: они переживали то удивительное ощущение, когда своим вниманием ты можешь заполнить всё пространство комнаты, может почувствовать связь со всеми, кто в ней находится. Это психологический феномен, поскольку границы физического тела, конечно же, не смещаются на заметном невооружённым взглядом уровне, но это не иллюзия.

И хотя происходящие с телом в этот момент перемены незаметны, они объяснимы и на физическом уровне:

«Феномен жизни объясняется через когерентное состояние вещества тканей живых существ, которые в миллиметровом диапазоне образуют активную лазероподобную среду, формирующую самоподдерживающийся электромагнитный каркас организма.»

В. Буданов «Как возможна квантово-синергетическая антропология (синтетические миры телесности)»

 

 

раньше | к оглавлению | дальше