16 Башня

Мы помним, что остров ещё далеко,
Мы знаем, что море будет жечь нам виски,
Но нам здесь так просто, нам здесь так легко —
Слепым не нужны маяки.

К. Арбенин «Плывущему — море»

Пройдя Дьявола, путник устремляется дальше. Ему кажется, что выход уже близко; путь идёт наверх, но неожиданно путник будто оказывается в зазеркалье, и верх превращается в низ; как и раньше, он падает вниз головой, и мир он снова видит иным. С перевёрнутой Башни он видит весь мир таким безумным, каков он и есть. В зазеркалье путь вперёд — это путь назад, к рождению. Мир вращается в обратную сторону, и новый поворот уводит от цели так далеко, как никогда.

 

И вот, казалось бы, пройдя самого злого врага [победив Минотавра, как он считает], путник должен выйти к цели пути. Но именно сейчас он оказывается так далеко от неё, как не был и в начале. И битва с врагом ещё впереди, а та, что была, — лишь малая победа над малой частью [зла]. Башня, которую строили устремлённой к небу, в тот миг, когда небо было уже близко, вдруг стала вести вниз, под землю. То, что казалось путём к небесам, привело во тьму. Звёзды не стали ближе, это была лишь иллюзия, и когда она была рассеяна самым жестоким образом, они показались ещё дальше, чем были до этого, а потом и вовсе исчезли.

И дело не в том, что путь был неверен; напротив, верный путь неминуемо приводит в эту точку. Здесь путника поджидает отчаяние; здесь он может утратить веру, силы, направление, даже повернуть назад. Он долго шёл к своей истине, но вместо неё он увидел мир сумасшедших. Ему мерещатся безумцы и демоны, мир представляет пятном тьмы, освещаемой лишь заревом пожаров. Зло и ненависть составляют его суть, скука и бессобытийность представляют содержание, что до форм, они либо отвратительно противоестественны, либо лицемерны.

Единственный способ изменить это, пережить это — идти дальше. Самый длинный, дальний круг лабиринта — Башня, тоже будет пройден; как никогда верно утверждение, что дорогу осилит идущий. Обнаружив, что он не приближается к свету, а удаляется от него во тьму, путник имеет только один шанс закончить свой путь удачно — продолжить его, веря, что был прав. Единственным источником света в этой темноте будет он сам. Круг будет пройден, впереди появится свет, и это будет свет звёзд. И мир сумасшедших станет не так страшен; сквозь устилающий всё слой безумия появиться возможность разглядеть нечто ещё, что было скрыто раньше от глаз путника его же страхом и отчаянием.

 

Значения:

— Крушение планов в последний момент.

— Развенчание иллюзий самым жестоким образом.

— «Так погибают замыслы с размахом, вначале обещавшие успех, — от долгих отлагательств», — промедление, остановка, фатально сказавшиеся на результате.

— Чувство безраздельного одиночества в мире сумасшедших.

— Невозможность контактировать с окружающими людьми; шок, травма, повлёкшие нарушение когнитивных функций и/или способности к социальному взаимодействию.

— Совершенно неожиданное препятствие планам и/или действиям со стороны, откуда не ожидалось опасности.

— Вмешательство неучтённого фактора, ведущее к полной отмене планов/действий.

— Замешательство, шок, «удар молнии», «взрыв атанора»: нечто, произошедшее так быстро и бывшее столь разрушительным, что человек оказался бессилен что-либо сделать.

— Падение с высоты: с последней ступени лестницы, с расстояния в два шага от вершины, с предпоследней сверху иерархической позиции.

— Сизифов труд.

— Лавина [дел], погребающая под собой неловкого путника.

— Длинный, бесконечный путь, когда начинает казаться, что ты где-то свернул не туда, а теперь идёшь в никуда.

— Благоприятная ситуация, резко обернувшаяся своей противоположностью.

— Обстоятельства, к которым необходимо немедленно адаптироваться.

— Блуждание во тьме, где не к кому обратиться за помощью.

В прямом положении: человек проявляет упорство и, следуя своим вере и силе, проходит самый тёмный отрезок ночи. В перевёрнутом: поворачивает назад или сдаётся, останавливается и остаётся во тьме навечно.

 

Башня — необходимый этап пути, но самый сложный. Это плато темноты, тем более неожиданное после успешного избегания ловушек Дьявола. Но без отчаяния Башни, без трудного пути к её вершине (или дну) дальнейшая дорога теряет смысл. Самый пугающий круг лабиринта, перевёрнутая Башня, всё равно направляет путника к центру.

Шестнадцатый Аркан — поворотная точка пути. По её прохождении начинается «нарастание света», и дальше дорога стремится к лучшему. Шестнадцатый Аркан — карта отчаяния и одиночества, но она же поднимает человека к небесам, хоть и странным способом.

Башня перекликается сразу с Повешенным (перевёрнутость мира), Смертью (неразборчивость судьбы в отношении жертв, её изменчивость) и с Дьяволом (наказание за тщеславие, гордыню и слепоту). Она как бы подводит итог все бедам, представляя собой их максимально возможную концентрацию — самое тёмное время.

 

В классическом Таро поддерживалась аллюзия на Вавилонскую башню, но всё больше значение смещалось от наказания к краху иллюзий и падению вообще, к катастрофической необратимости, но зачастую случайной.

В рамках Таро Игры Башня представляется мне синонимом «Старкнесской обсерватории», заброшенного, пустынного места, для входа в которое требуется кровавая жертва, но которое ведёт к звёздам. Она также поначалу обещает быстрый путь к заветной цели, но оборачивается только первой точкой в начале длинного, странного пути. Здесь я выбрала следующее: обсерватория на краю скалы, вода подступает близко к подножию, отражается в море разрушенная многоярусная башня, вместо телескопа из вершины которой выступает лестница. Ночь, на небе ярче всего сияет одна звезда; она огромна, по сравнению с остальным, так что даже видно, что эта звезда двойная, и меньшая из «партнёров» находится в таком положении, что похожа на зрачок круглого сияющего глаза. Лучи двойной звезды будто тянутся к башне, и в этом есть что-то зловещее и угрожающее, будто предупреждение о неизбежном. В воде же отражения звёзды не видно, вместо неё — тёмное пятно в небе.

Для Таро Лабиринта я выбрала следующее: охваченное огнём поселение, в небе отражается зарево взрыва — это занялась пороховая башня; наверху её всё ещё сражались люди, сейчас они цепляются за раскалённые камни и падают вниз. Несмотря на полную катастрофу, видны чёрные тени продолжающих драться людей — за границей домов, на улицах. Около самого нижнего края карты, на краю холма, глядя на происходящее, лежит женщина — от её одежды ещё идёт дым, её кожа обожжена, изранена. На её лице ужас, ногти царапают землю.

 

 

 

раньше | к оглавлению | дальше