Младшие Арканы. Четвёрки

Формула:

4 Жезлов — 0 огня, перекрёсток (движение к воздуху) / +0 огня / действий/решений / не вспыхнувший огонь.
4 Чаш — «внешняя вода» / зависимость воды / чувств/отношений (от воздуха и земли).
4 Мечей — 0 воздуха, перекрёсток (движение к огню) / +0 воздуха / разума/творчества / недвижимый воздух.
4 Дисков — «внешняя земля» / зависимость земли / ресурсов/транзакций (от огня и воды).

Четвёрка Жезлов. Незажжённый огонь

Горячий пар всё же рано или поздно опускается к земле, выпадает росой, туманом: тогда, когда его долгое путешествие заканчивается достижением желаемой цели. В общем-то, оно заканчивается там, где исчерпывается запас тепла; природа огня полностью иссякает, и происходит окончательное превращение его в воду. Плоды долгого путешествия — это ноль, равновесие всех сил. Огонь молчит, его развитие проходит через перекрёсток — начало координат; роса, которой он стал, даёт жизнь растениям земли. Здесь, в нуле, почти нет движения, но есть всё: гармония, благополучие, покой; круговорот мира, круговорот энергии. И всё же какое-то движение остаётся, остатки импульса огня медленно проталкивают его через ноль. Благоприятная огню стихия воздуха приближается и станет ему помощником. Однажды, может быть поздней осенью по завершении сбора урожая будет зажжён огонь, и ветер раздует слабые искры. Пока до этого ещё далеко; огонь не зажжён, воздух молчит.

Иными словами, это время, когда жажда действий человека обращается на нечто мирное. Для человека, управляемого огнём, это шанс «обычной» жизни; причём этого шанса он добивался тяжким трудом. Когда-то, благодаря своему огню, он был на вершине, но не удовлетворившись этим, отказался от высоты, всё начал сначала. Эта карта — его награда за долгий путь. Следует понимать, однако, что для таких людей невозможна настоящая остановка. И хотя они счастливы, малейшее дуновение нужного ветра — идея, намёк, мечта, заставит их сорваться с места. Даже сейчас их огонь горит достаточно сильно, идёт внутренняя работа, поиск. И этот огонь ждёт лишь того момента, когда ему будет явлена веская причина вспыхнуть вновь.

В п.п. круговорот не будет прерван; за осенним огнём придёт зима, потом весна. Мирная жизнь не закончится. Отдых растянется навсегда. Это конец движения огня вперёд, замыкание его в круг. Далеко не самая печальная судьба, но — губительная для огня.

Четвёрка Чаш. Внешняя вода

Все «внешние» карты имеют оттенок замкнутости, тенденцию сосредоточения на себе, отгораживания от внешнего мира и в то же время катастрофической зависимости от последнего. Более того, эти замкнутость и желание довольствоваться лишь внутренними ресурсами, отгородиться от того, что представляется жестоким, что равнодушно, пренебрежительно, не идёт на контакт, — обоснованы. «Внешние карты» строят крепость или убегают — в зависимости от характера.

Река начинает исчезать: её по-прежнему уносит воздух, но уже часть её забирает земля; берега подступают всё ближе друг к другу, становятся уже и выше, а река — глубже. Воздуху достаётся всё меньше и меньше. Борьба воздуха и земли даёт воде, потерявшей столь многое, сохранить оставшееся. Пока другие стихии сражаются, вода сосредотачивается на себе, на своём течении, направлении. Уже ясно, что раньше последнее было выбрано неверно. Можно жалеть о сделанном, можно пытаться искать выход. Мир не сулит ничего хорошего, но и спрятаться от него сложно. По крайней мере, победа земли может дать воде шанс.

Чётвёрка Чаш — карта одиночества, оторванности от мира; мира, где всегда между землёй и небом война, где сложно найти себе место. Карта потерь и опустошённости, сожалений об утраченном. Также эта карта может стать картой жалости к себе — в кое-то веки имеющей основания; картой ухода в мир приятных иллюзий, таинственно-волшебных дум; картой вдохновения, рождающегося из печали, потерь и разочарований. И картой умения дорожить тем, что есть, не дрожать над тем, что потеряно, что не вернуть, хоть, возможно, оно и было утрачено от собственных неверных решений; картой самоизоляции, ухода в маленький замкнутый мир. У неё много оттенков, и все они исходят из отчуждения от мира, объективно жестокого и ранящего. Это одна из карт, которую колоды чувствуют очень по-разному.

В п.п. карта говорит о полном исчезновении реки из внешнего мира; о «сворачивании» в самого себя, ухода в ноль, в полную темноту, потери связи с миром, замкнутости на своих чувствах — чаще всего горе или чувстве потери. Полном погружении в мир намного лучший, но созданный воображением человека.

Четвёрка Мечей. Недвижимый ветер

Запертый в ловушке, отрезанный от всего воздух замирает. Нет ничего, что создало бы его потоки: ни звуков, ни неравномерного нагрева, ни щелей. Это абсолютная неподвижность, выключенность из жизненных событий, безвременье, погребенье. Вода, проникающая сквозь земную толщу, земля и её мельчайшие живые создания — всё это продолжает, однако, двигаться, развиваться, при необходимости что-то беря от воздуха, что-то в него возвращая. Эти микроизменения, происходящие без его участия, за долгие годы полностью меняют воздух. Будто нечто долго созревает, хотя само не знает об этом. Тот, кто, кажется, отказался от всего; душа, навечно запертая в теле, что ограничило её движения до нуля, меняется, благодаря собственной тюрьме.

И там, за её пределами, происходят изменения куда более заметные и масштабные. Меняется рельеф, исчезают народы, климат становится иным. И наконец, полость оказывается очень близко к поверхности. Приближается время огня.

Четвёрка мечей — карта летаргии, недвижимости мыслей и идей, абсолютной творческой пустоты — внешне. Тем не менее, и в этой пустоте, в этом сне идёт невидимая медленная работа, непонятная и неочевидная самому человек. И хотя он не знает, что овладевший им сон или принятый добровольно отказ от всего скоро потеряют силу, под конец процесса им овладевает предчувствие. Он подспудно начинает к чему-то готовиться, он даже открывает глаза. И для истинного пробуждения ему не хватает толчка (в буквальном, практически, смысле — активного внешнего воздействия). Таких людей нужно трясти и будить, а не вздыхать над ними.

П.п. говорит о том, что толчка никогда не будет; человек застынет на грани пробуждения, происходящее подспудно изменение замкнётся в кольцо. На мир он будет смотреть только через щёлочки приоткрытых век.

Четвёрка Дисков. Внешняя земля

Здесь замкнутость особенно очевидна, не зря же зачастую на этой карте возникает тема крепости/тюрьмы и власти, которая сама по себе клетка. Земля, сформированная огнём, застывающая, задыхающаяся, теряющаяся гибкость, находит спасение во вмешательстве воды. Вода гасит огонь, смачивает высыхающую землю; капли дождя падают на то, что практически перестало быть почвой.

Так человек, сформированный неким отношением, попавший в жёсткие рамки, может получить неожиданное утешение. Любые упорядоченные социальные взаимодействия, типы личности, ролевые связи, статус, институты имеют значение лишь для отношений дальнего расстояния. Незнакомые люди действуют, подчиняясь стереотипам, правилам, писанным или неписанным. Но близость делает эти вещи незначительными. Здесь вступают в игру иные рычаги и иные причины, здесь территория воды. Здесь, на этом уровне, всё становится неповторимым и уникальным.

Человек, попавший в жёсткие институциональные отношения, такие, как в институтах власти, государства, где невозможно оставаться кем-то и всегда нужно становится чем-то, может найти единственную надежду в том, чтобы выйти за границы своей тюрьмы. Та надёжная крепость, что окружает его, — кокон, из которого сложно выпутаться. Но иначе навсегда остаёшься куколкой человека, не человеком в полном смысле.

Любой человек заключён в малый или большой кокон, сотканный для него и, порой, задолго до него обществом, и в этом он теряет возможность выбора пути развития. То, что создано другими, тяжело изменить. Близость даёт шанс на социальную свободу, но, парадоксально, она же и пугает больше всего. Кокон, крепость — это надёжность, стабильность и предсказуемость. И — заключение. Коконом гордятся — ведь это репутация, положение и влияние. И всё же это то, что сковывает человека, запирая его в безнадёжность предопределённости.

Я считаю эту карту знаком добровольной тюрьмы, построенной из того, чего человек достиг и что ему досталось. Это не значит, что достижения вредны и бессмысленны. Вреден и бессмыслен страх отделить себя от них — вдруг больше ничего и не останется. Вредно и бессмысленно не понимать, что смысл не в самих достижениях, а в свободе выбрать, куда и чего достигать. В прямом положении эта карта оставляет надежду. В п.п. — это ловушка для мух.

Таро Лабиринта и Игры

Время — поздние Древние Царства, их рассвет или даже уже приближение упадка; начало Античности. Время, о котором мы много узнали, когда научились читать прошлое.

Жезлы. Человек, натачивающий ножи плуга. Он одет как земледелец, но в его осанке, движениях, телосложении, наконец, жёстком выражении лица что-то от воина. Рядом с ним стоит женщина, она смотрит за его спину, вдаль, где над холмами поднимается дым военных костров. Снова где-то будет война, воины снова идут куда-то за добычей и смертью. И, может быть, завтра её муж будет точить уже меч.

Чаши. Женщина в белом обрезает волосы. Её лицо опустошённо, отрешено, как у человека, от удара судьбы потерявшего все чувства. Перед ней три маленькие чашки, на донышках — мёд, вино и молоко, а рядом — забытая детская игрушка, почти законченная, и нож для резки по дереву. Чуть дальше — большая чаша с горькой водой. В глубине карты, на фоне светлого проёма двери виден маленький детский силуэт.

Мечи. Гробница царя, освещённая уже затухающими факелами. Всё, что здесь сохранено, похоронено — знания, предметы искусства, всё это станет тайнами прошлого, будет замуровано на долгие века. А в своё время — открыто и изучено, возвращено людям совсем иным, приобретя в новом мире особую ценность.

Диски. Девушка-подросток, дочь царя, сидящая у зарешеченного окна. У её ног — котёнок гепарда ловит кисти обивки кресла. Девушка смотрит в окно, через которое видно только небо. Вокруг неё всё золотое, сверкающее и яркое, и единственное выбивающееся из гаммы пятно — это кусочек бледно-голубого неба.

 

 

раньше | к оглавлению | дальше